Во что играет российская оппозиция?

Российской оппозиции живется несладко. Ее критикуют со всех сторон: то за желание добиться власти (как будто у политика может быть другая цель?), или за то, что ей на самом деле удобно функционировать в современной политической системе России.


Кого боится Владимир Владимирович?

«Какого-то человека, который никого не интересует и которого никто не поддерживает», — шутит Павел Пучков в интервью с Мартой Томашкевич («Newsweek Polska»). Дело в том, что в Кремле вместо здравого смысла царит магическое сознание, велящее об Алексее Навальном не говорить, не думать и делать вид, что этого лидера внесистемной оппозиции в принципе не существует.


Народы постсоветского пространства: 25 лет порознь

С момента развала Советского Союза прошло уже 25 лет, однако процесс разъединения стран, которые некогда составляли его республики, до сих пор не окончен. Более того, в ближайшем будущем стоит ожидать, что интенсивность перемен лишь возрастет.


Когда правители уходят

Для авторитарных государств характерен образ руководителя как вечного, неприкосновенного гаранта существования, без которого страна сорвется в пропасть. Наблюдая за ситуацией в Узбекистане спустя три месяца после смерти Ислама Каримова, правившего четверть века, можно прийти к выводу, что подобное представление в данном случае не оправдалось. Возможно, это касается и России.


Новые левые, но какие?

Протест против неолиберальной гегемонии способствует развитию правого популизма. Победа Дональда Трампа – еще одно проявление этой тенденции. Вот уже много лет правые последовательно приходили туда, откуда левые уходили.


Как победа Трампа перекрыла России путь к переменам?

«Америка чихнула – теперь Россия простудится», – такой метафорой начинает Михаил Фишман свой фельетон, опубликованный в «The Moscow Times». Автор рассуждает о потенциальных последствиях неожиданного триумфа республиканцев.


В Кремле не стреляли пробки от шампанского

«Ошибаются те, кто считает, что победа Дональда Трампа – это лучшее, что могло произойти за последнее время для России», – считает Сергей Жаворонков. Сценарий сближения Вашингтона и Москвы после победы эксцентричного кандидата едва ли реален.


Величие, найденное в прошлом

«Российское общество функционирует в идеологическом вакууме. Распалась советская система, а вместе с ней умерли традиционные ценности, на которых зиждилась советская империя. В итоге сегодня у нас нет корней».


В преддверии Конгресса культуры. Искусство вызвано на ковер

Год назад власть перешла к партии «Право и справедливость», а пост министра культуры занял Петр Глиньский. На первый взгляд, может показаться, что «перемены к лучшему» (предвыборный лозунг «Права и справедливости») не коснулись музеев и художественных галерей. Там не произошло серьезных кадровых перестановок, но, тем не менее, их независимость находится под угрозой.


Станет ли Москва (не)зависимой от Пекина?

СМИ всего мира трубят о неизбежном создании военно-политического союза России и Китая. Он позволил бы Москве встать на ноги после экономического кризиса, вызванного санкциями, и разрешить конфликты в регионе. В том, что это действительно произойдет, сомневается Иван Преображенский.